Прокурор Оренбургской области обратился в суд с заявлением о признании отдельных, введенных  в действие в апреле 2015 года статей регионального Закона «Об административных правонарушениях в Оренбургской области» противоречащими федеральному законодательству, недействующими и не подлежащими применению.

 Так, статья 22.2 областного Закона устанавливала административную ответственность за нарушение установленных нормативными актами органов местного самоуправления сроков складирования на земельных участках общего пользования строительных материалов, угля, дров. В то же время  в Кодексе РФ об административных правонарушениях имеется статья 7.1, предусматривающая ответственность за самовольное занятие земельного участка.

  Наряду со ст. 6.4 КоАП РФ (нарушение санитарно-эпидемиологических требований к эксплуатации жилых помещений, зданий, сооружений и транспорта) статья 22.3 областного Закона предусматривала административную ответственность за неисполнение обязанностей по очистке кровель, карнизов, козырьков, водостоков зданий, строений, сооружений от снега и ледяных образований. Аналогичная ситуация прослеживалась при анализе остальных оспариваемых норм регионального закона.

 В заявлении прокурор настаивал на том, что оспариваемые нормы не давали описания конкретных противоправных действий, образующих административные правонарушения, и нарушали конституционные принципы определенности, ясности и недвусмысленности запретов.

  Также в рассматриваемой ситуации нарушали принцип равенства правонарушителей. Во-первых, на основании федерального и областного законов два правонарушителя за одно и то же деяние могли понести разную ответственность. Во-вторых, все оспариваемые нормы ссылались на нарушения правил, установленных органами местного самоуправления, которые, по сути, в нескольких муниципалитетах могут существенно различаться.

  Оренбургский областной суд признал требования прокуратуры обоснованной и удовлетворил заявление в полном объеме. Верховный Суд Российской Федерации занял аналогичную позицию.